«Медведь на воеводстве»

А теперь и утечь некуда. Всякий куст, всякое дерево, всякая кочка, словно
живые, дразнятся, а он - слушай! Филин, уж на что глупая птица, а и тот,
наслышавшись от других, по ночам ухает: "Дурак! Чижика съел!"
Но что всего важнее: не только он сам унижение терпит, но видит, что и
начальственный авторитет в самом своем принципе с каждым днем все больше
да больше умаляется. Того гляди, и в соседние трущобы слух пройдет, и там
его на смех подымут!
Удивительно, как иногда причины самые ничтожные к самым серьезным
последствиям приводят. Маленькая птица Чижик, а такому, можно сказать,
стервятнику репутацию навек изгадил! Покуда не съел его майор, никому и на
мысль не приходило сказать, что Топтыгин дурак. Все говорили: "Ваше
степенство! вы - наши отцы, мы - ваши дети!" Все знали, что сам Осел за
него перед Львом предстательствует, а уж если Осел кого ценит - стало
быть, он того стоит. И вот, благодаря какой-то ничтожнейшей

административной ошибке, всем сразу открылось. У всех словно само собой с
языка слетело: "Дурак! Чижика съел!" Все равно, как если б кто бедного
крохотного гимназистика педагогическими мерами до самоубийства довел... Но
нет, и это не так, потому что довести гимназистика до самоубийства - это
уж не срамное злодейство, а самое настоящее, к которому, пожалуй,
прислушается и История... Но... Чижик! скажите на милость! Чижик! "Этакая
ведь, братцы, уморушка!" - крикнули хором воробьи, ежи и лягушки.
Сначала о поступке Топтыгина говорили с негодованием (за родную трущобу
стыдно); потом стали дразниться; сначала дразнили окольные, потом начали
вторить и дальние; сначала птицы, потом лягушки, комары, мухи. Все болото,
весь лес.
- Так вот оно, общественное-то мнение что значит! - тужил Топтыгин,
утирая лапой обшарпанное в кустах рыло, - а потом, пожалуй, и на скрижали
Истории попадешь... с Чижиком!
А История такое большое дело, что и Топтыгин, при упоминовении об ней,
задумывался. Сам по себе, он знал об ней очень смутно, но от Осла слыхал,
что даже Лев ее боится: "Не хорошо, говорит, в зверином образе на скрижали
попасть!" История только отменнейшие кровопролития ценит, а о малых
упоминает с оплеванием. Вот если б он, для начала, стадо коров перерезал,
целую деревню воровством обездолил или избу у полесовщика по бревну
раскатал - ну, тогда История... а впрочем, наплевать бы тогда на Историю!
Главное, Осел бы тогда ему лестное письмо написал! А теперь, смотрите-ка!
- съел Чижика и тем себя воспрославил! Из-за тысячи верст прискакал,
сколько прогонов и порционов извел - и первым делом Чижика съел... ах!
Мальчишки на школьных скамьях будут знать! И дикий тунгуз, и сын степей
калмык - все будут говорить: "Майора Топтыгина послали супостата покорить,
а он, вместо того.